ВЕДУЩИЙ РОССИЙСКИЙ СИСТЕМНЫЙ ИНТЕГРАТОР

«Торнадо» цифровой экономики

04.10.2018

На YouTube канале «АйТеко» выложено интервью Игоря Зимненко, зам. генерального директора компании «АйТеко» Технологии цифровой экономики. Почему цифровая экономика — это «торнадо», что под ней понимают; как может проходить цифровая трансформация; какие перспективные разработки в этом направлении ведутся? Ответы в расшифровке тезисов беседы с руководителем компании «Витте Консалтинг».

Последние полтора года много говорят о цифровой экономике. Сегодня эта тема активно обсуждается на самых разнообразных площадках и в СМИ. Что же все-таки следует понимать под цифровой экономикой? Обсудим возможную практику применения этой концепции, поговорим о теории вопроса и новых разработках в этом направлении.

Как устроена цифровая экономика?

— В основе понятия лежит достаточно стройная экономическая теория, прежде всего, теория многосторонних рынков. Разработанная достаточно давно, свое выражение и применение она начала находить только сейчас.

Многосторонний рынок представляет собой экономическую сущность, в которой один из субъектов субсидирует деятельность других субъектов, и сама по себе экономика этого рынка работает не по горизонтали, а похожа на торнадо: она достаточно циклична, и в эту воронку засасывает.

Возьмем, например, четыре классических группы социальных сетей: это пользователи, производители контента и новостей, производители программного обеспечения и рекламодатели. Деньги дают только рекламодатели, но все остальные взаимодействуют с этим и стимулируют развитие. Когда есть интересный контент и новости, приходят новые пользователи, формируются новые группы. Эти новые группы пользователей приводят к возникновению новых разработчиков контента. Разработчики контента хотят, чтобы он был проще и зрелищнее, стимулируя создание нового программного обеспечения. Возможность адресной работы с пользователями ведет к росту числа рекламодателей и, как следствие, к появлению в системе денег.

Другая особенность этой модели экономики: кто первый создал платформенную модель, тот фактически не оставляет ниш для конкурентов. Конкуренция практически исчезает в том виде, в котором мы привыкли видеть на классических рынках экономики двухсторонних отношений.

Если говорить о признаках, то стоит отметить, что цифровая экономика построена на больших данных. Big Data — это данные, которые появляются в созданной вами среде, но вы ими не управляете, не знаете, какой объем появится и когда. Чтобы управлять этими данными, нужна новая математика, новые подходы.

Классический пример такой модели — такси. Никогда никто не знает, кто и куда поедет, на каких машинах, по каким маршрутам. В этом отличие от традиционной экономики, где алгоритмы порождения данных и процессы, их порождающие, известны.

Цифровая экономика по своему составу является прогностической: план, факт и прогноз стремятся к равенству. То есть экономика носит плановый характер, и она персонифицирована. Когда мы будем иметь большие данные, изменится и модель производства, и конкуренция.

При этом конкуренция пойдет не между товарами и технологиями, а между системами управления. Будут соперничать не за долю и не за рост на существующих рынках, а за формирование новых. Пример: раньше мы пользовались телефонами Siemens, Nokia. Потом пришел Apple, и он не стал конкурировать на этом рынке мобильных устройств, а создал свой рынок гаджетов.

Изменится — и уже меняется — модель потребления. Использование товара, а не владение им начинает приобретать все большие масштабы. Посмотрите, сколько по Москве ездит автомобилей совместного владения. В то время как личный автомобиль вы используете 2-3 часа в день, но во владении у вас он находится круглые сутки. Вы тратите деньги на его поддержку, заправку, эксплуатацию и так далее.

Постепенно меняется фокус с первоначальной стоимости на общую стоимость владения этим товаром или технологией. Кроме того, потребителя начинает волновать удовлетворение индивидуальных потребностей. Поэтому ценность товара, помимо классических свойств, будет заключаться в количестве данных, которые этот товар сможет сгенерить в ходе своего жизненного цикла. Скажем, рубашка, которая становится не только предметом одежды, но и измерителем биометрии — температуры или давления.

Если говорить о социальной сфере, то мы видим взрывное развитие общественных институтов, появление новых средств массовой информации, блогеров. Социальный авторитет будет сильно теснить социальный статус. Мы это уже наблюдаем и в политике, и в других сферах. Сетевой эффект, присущий цифровой экономике, будет проявляться во всем: в бизнесе, социальных и политических отношениях.

Как проходит цифровая трансформация?​

— Я бы акцентировал внимание на российской экономике. На мой взгляд, направлений трансформации четыре.

Первое — выпуск умного продукта. Умный продукт — это говорящий продукт, обладающий большим набором сенсоров и датчиков, позволяющий снимать показания в режиме эксплуатации. Пока большая часть наших предприятий, создав и продав изделие, не знает, как оно эксплуатируется, сколько необходимо будет для него запасных частей. При персонификации продукта продуктовую линейку нужно снабжать программируемыми свойствами, которые будут создавать новые двигатели не за счет увеличения материалоемкости, а за счет программной реконфигурации. Программная реконфигурация должна составлять 30-40% от возможных потребительских свойств продукта. И, наконец, продукт должен уметь взаимодействовать с технологиями обработки больших данных. Должно быть программное обеспечение, которое позволит обучать модели и снизить стоимость владения этим продуктом с точки зрения эксплуатации для конечного пользователя.

Второе направление — изменение бизнес-модели внутри предприятия. Нельзя быть сервисным снаружи, если ты не сервисный внутри. Здесь мы говорим о переходе к системе оборота внутренних сервисов. По сути, любое подразделение предприятия — это некий набор сервисов, которые оно оказывает в интересах основного производства. Сдать баланс предприятия — сервис, закупить определенный товар — сервис. Если все это превратить в набор сервисов, то мы снижаем операционные издержки предприятия, чем компенсируем энергоемкость, материалоемкость производства, и, став сервисным внутри, мы станем сервисными снаружи.

Третье — смена производственной модели. Здесь парадоксальная вещь: переход от массового к индивидуальному производству за счет конфигурируемых параметров.

И четвертое — это новые технологии, конечно.

Каков характер инноваций в цифровую эпоху?

— Когда мы говорим о цифровой экономике и многосторонних рынках, мы не видим устойчивых процессов. Не знаем, сколько утром придет людей, которые хотят уехать на такси, сколько людей зарегистрируются. Поэтому стали появляться платформы, отличающиеся от технологии автоматизации тем, что в них реализованы сценарии. Чем сценарий от процесса отличается? У него есть точки бифуркации, но в сценарии заранее неизвестно, как закончится фильм или книга. Ответом на это должны быть технологии обработки данных, которые позволяют реализовывать эти сценарии. Наши устоявшиеся процессы подрываются изнутри: люди не понимают, что происходит. Вчера им нужно было четко следовать, а сегодня деятельность требует сценарного мышления. Поэтому платформы — это инновационное развитие.

Какие «цифровые» разработки ведутся в группе компаний «АйТеко»?

— Имея представление о глубинной теории вопроса и о механизмах, как это на практике работает, мы не остались в стороне от разработки подобного рода технологий. В этом году у нас был зарегистрирован продукт в Федеральном институте патентной собственности (ФИПС Роспатента) под названием «Цифровой алфавит». Это платформа по работе с цифровыми активами. В основе самой технологии лежит акторная модель.

Актор — маленький кубик слабого искусственного интеллекта. Он умеет общаться с другими акторами, может что-то передавать. Это элемент конструктора, из которого можно быстро собирать адаптивные системы, которые не только понимают, что у них на «вход» приходит, но и достаточно эффективно могут управлять теми объектами управления, которые к ним подключены. А что за объекты управления? Это могут быть технологичные объекты на предприятии; системы дорожного движения; системы отслеживания движения мусоровоза (оптимизация при сборке мусорных контейнеров). То есть мы не знаем, сколько данных и откуда будет приходить, а автомобиль потребляет много топлива, и ему нужно оптимальным образом пройти скопления мусора и правильно его вывезти в то место, где он должен утилизироваться. Таких историй, где есть масса неопределенностей, достаточно много. И мы разработали технологию, которая позволяет эти неопределенности обрабатывать.

Есть теория, есть цифровая платформа, есть рынок и развитие цифровой платформы, которое идет, как торнадо. А также есть «цифровой коммунизм», благодаря которому люди туда приходят. Вы психологически приходите, ничего не отдаете, а получаете максимум.

Полностью интервью смотрите и читайте в проекте «АйТеко» на портале iteco.vestifinance.ru — в публикации Технологии цифровой экономики.

Пресс-центр
«Ай-Теко» в фокусе
Загрузки и ссылки
Пресс-служба на связи
Также Вы можете перезвонить нам
по тел.: +7 (495) 777-10-95